Пилигрим

Пьеса в двух действиях




Действующие лица:

Олев — 62 года
Мария — 20 лет

Действие первое

Ранняя осень. Парк.
Фонарь освещает лужайку, охваченную со всех сторон густым кустарником. Здесь три белые скамейки, изуродованные ножами, фломастерами. Переполненная урна. В кустах пластиковые пакеты, коробки, банки, но сказать, что здесь неуютно, нельзя, по-своему даже привлекательно.

Время от времени каркает ворона. Фонарь нет-нет, да и погаснет (на секунду, другую).

Справа появляется Мария.
Останавливается посреди лужайки.
Внимательно осматривается.
Никого не обнаружив, садится.
Встает, вглядывается туда, откуда пришла.
Планы рушатся. Садится.
Она в досаде.

Издалека доносится музыка. (Вторая часть концертной симфонии ми бемоль мажор для скрипки и альта с оркестром Моцарта).
Звуки приближаются.
Мария всматривается. В конце концов, она видит кого-то.

Проходит минута, другая, слева появляется Олев.
Крепкий мужчина. Рослый, статный, возможно, в прошлом спортсмен. В руке у него портативный магнитофон.
Останавливается.
Постояв посреди лужайки, выключает музыку.

 

Олев. Не пришел?

Мария. Что?

Олев. Я спрашиваю, не явился?

Мария. Кто не явился?

Олев. Ты кого-то ждешь?.. Не так ли?

Мария. Ты кто такой? Чего тебе надо?

Олев молчит.

Не по адресу, приятель. Давай, давай, ступай своей дорогой.

Олев неподвижен.

(Вспыхнув). Проваливай!..

Мария сникает.

Не то своих не узнаешь…

Олев. Нет у меня своих

Мария. Тебе от меня что-то надо?

Олев не торопится с ответом.

Ты кто? Чего тебе?

Олев. Завсегдатай этого парка.

Мария. Баиньки ступай. Стемнело, старичкам спать пора.

Олев. Нравится мне этот парк. Тебе тоже нравится?

Мария. Мне?! Этот парк?! Да пропади он пропадом!… вместе со всеми его завсегдатаями.

Олев. По-моему, замечательный парк… А на счет «своих»… У тебя с этим проблема?

Мария. С чего ты вдруг? И вообще, кто ты такой?

Олев. Есть проблема?.. Если честно?

Мария присматривается к Олеву.

Лично у меня — есть… Тебе одиноко? Пустынно?..

Мария. У тебя что - пустыня?…Ну и черт их всех возьми. Верно? Когда никого нет — шикарно. Одно слово - кайф… Будешь возражать?

Олев кивает головой.

Значит, возражаешь. А я считаю - у каждого своя дорога. Вот и ступай по своей тропочке.

Каркает ворона.

Слышишь? Ворона все знает. Их тут тысячи. Не парк - преисподняя.

Олев молчит.

Ступай. Не до тебя мне.

Олев. Ну что ж, прошу прощения.

Олев направляется вправо.
Покинув лужайку, Олев включает магнитофон.
Мария какое-то время слушает музыку.

Мария. Чудак…(Вспомнив свои проблемы). Ну что ж, милый мой толстячок, разговор будут с тобой короткий: от ворот тебе — поворот. Катись-ка ты… сам знаешь — куда… С тобой все ясно. На этом - точка.

Мария думает, что делать дальше.
Возвращается Олев с выключенным магнитофоном.
Молча смотрят друг на друга.

Скажи-ка мне вот что… Это правда, что старики любят подглядывать?.. Только — честно.

Олев думает, что сказать.

Давай начистоту - любишь подглядывать?.. Глаза пялить тебе приятно?.. Уж если подошел — карты на стол.

Олев. За людьми наблюдать увлекательно.

Мария. Не врешь, и на том спасибо. Все мы, говоря одним словечком - пакостники. Не так ли? Примешься возражать?

Олев молчит.

Видел, как я тут обслуживаю клиентов? Как я тут кувыркаюсь?

Олев. Ты красивая девушка. Как тебя зовут?

Мария. Почему я должна первому встречному говорить свое имя? Ты думаешь, я скажу тебе правду?

Олев. Ты не такая, как все. Ты — скажешь.

Мария. Ты уверен?

Олев. Да.

Мария. Ты кто?

Олев. Завсегдатай этого парка.

Мария. А я матерь божья.

Олев. Замечательно.

Мария. Что - замечательно?

Олев. Красивое имя у тебя.

Мария. Откуда тебе известно мое имя?

Олев. Матерь божья, значит — Мария.

Мария (присматриваясь к Олеву). Деньги у тебя есть?..

Олев. Немного должно быть.

Мария. Любишь Моцарта? Наслаждаешься адажио для скрипки и альта соркестром?..

Олев. Великолепно. Один — ноль в твою пользу.

Мария. Что я должна сделать?

Олев. Ничего.

Мария. Раздеться?.. Я дорого с тебя не возьму.

Олев. Денег могу так дать.

Мария. За просто так? Может, поглядеть на меня хочешь? Вблизи. Не говори, что не хочешь. Молчи.

Олев молчит.

Правильно делаешь, что молчишь. Хочешь меня попробовать? Ты далеко не старик. От тебя может получиться ребеночек? Как ты думаешь?

Олев. Может.

Мария. Ты уверен?

Олев. У меня два замечательных сына.

Мария. Значит, наврал, заявив, что пустынно? Два сына, это кое-что.

Олев. Я тебе не врал. Просто, они очень далеко.

Мария. Что, если соглашусь?.. Сколько заплатишь?

Олев. Я тебе так дам. Даром.

Мария. Ты с неба свалился?

Олев. Боюсь, у меня с собой денег мало.

Олев достает портмоне.

Мария. А если было бы много?

Олев. Дал бы много.

Мария. Я почему-то тебе верю.

Олев изучает бумажник.
Мария изучает Олева.

Олев. Тут у меня… сто… двадцать… двадцать пять… Я думал — больше. Этого, конечно, мало. Всего — ничего.

Мария. Почему — мало?..

Олев изучает бумажник.

Почему ты считаешь, что сотни мне мало?

Олев. На дозу тебе не хватит.

Мария. На дозу? Так. Кое-что выясняется… Черт с тобой, курочка по зернышку клюет - сыта бывает. Давай. Не откажусь.

Олев. Тебе не помешало бы поужинать.

Мария. Ты приглашаешь меня поужинать? Так надо тебя понимать?

Олев. Следующий раз. Договорились?

Мария. Проблема с деньгами?

Олев. Мало ты думаешь о себе…

Мария. Что, что, что?

Олев. Что слышала.

Мария. Приятель, так не пойдет. Твои замечания знаешь, куда могут пригодиться? Задницу подтереть.

Олев. Ты отощала. И опустилась окончательно. Катастрофа. Едва узнал тебя.

Мария. Значит ты,в самом деле, любишь подглядывать?

Олев. Мне очень нравится твоя походка. Давно уже. Как первый раз увидел — с тех пор слежу за тобой. А тут вдруг узнаю, что Моцарта знаешь.

Мария. И что же?

Мария приглядывается к Олеву.

Олев. Ты опускаешься. Меня это печалит. Очень.

Мария. Скажи-ка мне честно, видел меня тут за работой? Как я обслуживаю клиентов?

Олев. Меня это не интересует.

Мария. Не интересует? И я должна тебе поверить? Чего же ты от меня тогда хочешь?

Олев. Тут около двухсот крон. Больше нет. Следующий раз.

Мария (принимая деньги). За что же ты даешь деньги?.. Сказать, чего бы тебе очень хотелось? Чего ты замыслил на счет меня?

Олев. Конечно, скажи.

Мария. Чтобы я стала пай девочкой.

Олев задумчиво качает головой.

Чтобы - «завязала», так сказать.

Олев качает головой.

Твое качание головой очень живописно. Это называется - пижонство. Художественный свист.

Олев. Я когда-то здорово свистел. Мог пересвистываться с соловьями.

Мария. С кем?

Олев. С соловьями.

Мария (приглядываясь к Олеву). Зачем подглядываешь?

Олев. Я видел тебя здесь четыре раза. Первый раз ты пришла одна. Это было месяца… четыре назад. Села на скамейку и стала ждать. Через какое-то время пришел парень. Он мне совершенно не понравился. Я отправился прочь.

Мария. Я тебя ни разу не видела. Где же ты тут прячешься?

Олев. Я не прячусь. (Влево.) Видишь, там сосны стоят? Под соснами скамейка.

Мария. Пенсионеры с деньгами легко не расстаются. Ты работаешь?

Олев. Работаю. Пенсию тоже получаю.

Мария. Что за работа такая? Бутылки собираешь?

Олев. Размышляю.

Мария. Размышляешь. Понятно. Очень интересно. И тебе за твои размышления деньги платят?

Олев. Надеюсь, когда-нибудь заплатят.

Мария( с ухмылкой приглядываясь к Олеву). Почему ты все-таки решил ко мне подойти?

Олев. Ты мне нравишься.

Мария. А ведь ты не простачок.

Олев. Ты тоже не простачок.

Мария. Откуда тебе известно?

Олев. За воронами наблюдать любишь?

Мария. За кем?

Олев. За воронами. За обыкновенными серыми воронами.

Мария. Я должна тебе сказать, что люблю наблюдать за кладбищенскими птицами?

Олев. Вороны - любопытные создания.

Мария. Как же - господа. Супер современные птички. Хозяйничают на помойках да на базарах. Я видела, как они тут белку в клочья разодрали. Сидела и смотрела.

Олев. Наблюдать за воронами поучительно.

Мария. Что может быть поучительного в такой отвратительной птице?

Олев. Ворона — личность.

Мария. Интересно. Личность. Ну, давай, давай.

Олев. Ворона совершенно на тебя не похожа.

Мария. Вот как? Не похожа? Совсем, совсем? Меня это вполне устраивает. Почему-то совершенно не печалит.

Олев. Жаль.

Мария. К чему ты клонишь? Ты на что намекаешь, приятель?

Олев. Ты все упрощаешь. До безобразия.

Мария. Что я упрощаю?

Олев. Жизнь свою.

Мария (швырнув деньги). Забирай! Проваливай!.. Ты мне надоел. Забирай свои крохи и отваливай.

Олев присматривается к Марии.

Олев. Ты красивая…

Мария. Ступай отсюда к чертям.

Олев. Гордая. Самолюбивая. Ты мне очень нравишься. А дружишь черт знает с кем…

Мария. Не твое дело.

Олев. Вляпалась?.. Села на иглу, как говорят твои дружки?.. Проблема с деньгами? Ходишь сюда обслуживать клиентов из-за денег?

Мария. Ну и вопросы ты задаешь. Кто ж обслуживает сейчас без денег? Сразу видно, что ты родом из коммунизма. Из распрекрасного будущего. А мне любезен «кайф». Как говорят мои дружки — «побалдеть охота». Знаешь такое словечко — «обалденно»? Никаких тебе ворон, никаких соловьев.

Олев подбирает деньги.
Подает Марии.

Олев. Сколько смогу, дам еще.

Мария присматривается к Олеву.

Мария. Покажи, где твоя скамейка?

Олев. Четыре дерева вон там видишь?

Мария. Ты имеешь в виду те четыре сосны? Которые сгрудились?

Олев. Между ними скамейка. Присмотрись. Зеленого цвета.

Мария. Ты здорово устроился. Шикарный наблюдательный пункт. Бинокль, разумеется, таскаешь с собой.

Олев. Не первый год там сижу.

Мария. А если дождь? Что, если дождь?

Олев. У меня на случай дождя плащ-палатка.

Мария. Защитного цвета? Замаскировался? За воронами наблюдаешь?

МАРИЮ вдруг одолевает хохот.
Олев наблюдает за ней.
Мария хохочет от души. Можно сказать — с радостным облегчением.
Олев с улыбкой смотрит на нее.

Олев. Красиво смеешься. Мало кто умеет так смеяться.

Мария. Тебе понравилось? Понравилось, как я над тобой смеюсь?

Олев.Искренне смеешься. Ты чертовски хороша, когда смеешься. Очень естественна. Ворона тоже естественна.

Мария. Я похожа на ворону?

Олев. Естественность всегда подкупает. О собаке, например, не скажешь, что она естественна.

Мария. О собаке? О собаке не скажешь, что она естественна?!

Олев. Собака потеряла свое естество. Ее приручили.

Мария. Так... Чушь. Полнейшая чушь… Собака — друг. Друг до конца дней своих... Человека разве поставишь рядом с собакой?.. Был у меня Рафаэль — был друг, не стало Рафаэля — не стало друга.

Олев. Ворона восхищает, прежде всего, своей независимостью. Невероятно собрана, осторожна, предусмотрительна во всем... В этой птице здоровый инстинкт. Можно сказать - солнечный инстинкт.

Мария. Послушай!.. Ты что, решил мне клизму вставить? Решил прополоскать девочке мозги? «Ворона», «осторожность», « солнечный инстинкт»… А я тебе сейчас скажу, где этот засраный твой инстинкт находится. В шприце! Понял? Когда иглу под шкуру!.. Не пробовал?.. осторожная птичка… Хочешь? С большим бы удовольствием дозу покрепче всадила в тебя, в краснобая.

Олев. Жизнь пострашнее иглы.

Мария. Что?..

Олев. Что слышала.

Мария. Жизнь — пострашнее иглы… Что ж, не плохо сказано.

Мария присматривается к Олеву.

Изобрази соловья… Покажи, как ты умеешь по-соловьиному.

Олев. Давно не свистел.

Мария. То-то и оно.Вся твоя жизнь за снежными горами… Хорошо ты сказал - жизнь пострашнее иглы.

Олев молчит.

По сыновьям скучаешь?

Олев. Скучаю.

Мария. От твоих ворон, дружок, кладбищем пахнет. Какой там к черту — солнечный инстинкт. Нечисть это, а не птица… Соловей — вот в ком солнечный инстинкт.

Олев делает попытку.
Неудача.
В конце концов, ему удается затейливая рулада.

Мария. Как тебя зовут?

Олев. Олев.

Мария. Ты швед?

Олев. Эстонец.

Мария. А почему — Олев?

Олев. Не успел спросить.

Мария. Что не успел спросить?

Олев. Не успел спросить у родителей, почему шведское имя у меня… Я рано потерял родителей… Имеем — не ценим, теряем — плачем…

Мария. Окольными путями стал ко мне подбираться? Жутко хочется девочку вразумить? Тактику меняешь?

Олев. Ладно. Другой раз как-нибудь поболтаем. Если, конечно, захочется.

Мария. Кому захочется? Тебе? Уж очень ты словоохотливый. Тебе не известно, о чем думают трепачи, когда вертятся перед девочкой?.. Как бы к ней под юбку забраться. Крутится такая мыслишка?.. если честно… если между нами, пилигримами?

Олев. Красивое имя у тебя…

Мария. Ну и что?

Олев. Ничего.

Мария. Имя красивое, дела — не очень?

Олев. Дела в самом деле никудышные.

Мария иронично приглядывается.

Мария. Скажи честно — «хочу». «Хочу и потому подглядываю… из-под плащ-палатки»… Будешь нормальным, приятным, даже желанным. Не стоит корчить из себя нудного старика.

Олев. Ладно, как-нибудь потом поболтаем.

Мария. Поползешь к своей скамеечке?.. Там ждет тебя бинокль. Ждет — не дождется. Ха-ха-ха!

Олев неторопливо направляется влево.

Хочу знать, где твои сыновья…

Олев не останавливается.

Слышишь?!.. Я хочу знать, где твои сыновья!

Олев на этот раз все-таки останавливается.

(Иронично.) Они у тебя необыкновенные. Глядя на тебя, иначе не подумаешь.

Олев. Нормальные.

Мария. И это говорит отец?.. Ты своих сыновей не очень любишь?

Олев. Почему — не очень?

Мария. Ты на меня обиделся?

Олев. Делить нам с тобой, милая, нечего.

Мария. Ну, как же — денег дал, комплиментов наговорил, соловья изобразил.

Олев. В жизни многое получается нечаянно.

Мария. Нечаянно?..Ты симпатяга.

Олев. Ты тоже. Во всяком случае, ты мне сразу понравилась. Про деньги не забывай. Приходи.

Мария. Поспорим?

Олев. О чем нам спорить?

Мария. Что деньги тут не при чем. Проиграешь — вгоню в тебя дозу.

Олев. Моя доза покрепче.

Мария. Тогда расскажи. Про сыновей хочу послушать.

Олев. Как-нибудь другой раз.

Мария. Я что, должна тебя упрашивать?

Олев. Младший сын — артист. Старший - поет. Сочиняет песни, сам исполняет.

Мария. У тебя такие знаменитые сыновья?

Олев. Почему — знаменитые?

Мария. Не любят они тебя? Забыли?

Олев молчит.

Ну, давай, давай, рассказывай.

Олев молчит.

Скажи честно, есть у тебя бинокль? Ты меня действительно не хочешь? Приятней подглядывать? Из-за сосен? Без свидетелей? Без свидетелей сподручней?

Олев. Не твое дело.

Мария. Видел здесь толстяка? Вот кто сластена. И на деньги не скуп. Я его сегодня послала подальше. От ворот поворот дала толстому Берту.

Олев. Мне это не интересно.

Мария. Ты живой труп? Тебе «это» не интересно? А как на счет моих стонов? Слушаешь? Если хочешь, могу погромче стонать. Чтобы тебя расшевелить. Волнительно, когда знаешь, что тебя кто-то слушает, переживает, может, даже - завидует. Завидуешь?

Олев. Зачем колешься?

Мария. Длинная история.

Олев. На свете еще не жила, уже — длинная. Высечь тебя некому. По пятое число всыпать, чтобы знала, что почем.

Мария. Вот ты и займись… Давай… Я тебе задницу подставлю… Голую подставлю… С удовольствием… Не веришь?.. Я бы хотела от тебя получить ремня.

Олев. С мазохисткой дело иметь не желаю.

Мария. Мимо, приятель. Мимо на все сто процентов. А вот ремня от тебя получить хочется. Со мной такое впервые.

Олев. Чести много.

Мария. Чему же ворона может меня научить?

Олев. Уму-разуму.

Мария. Я бы хотела получить ремня… По голой заднице… Чтоб кровь пошла…

Олев. Знаю.

Мария. Что ты знаешь?.. А ведь ты становишься чертовски любопытным... Возьму сейчас и подставлю… Снимай ремень.

Олев. Я уже сказал — чести много.

Мария. Вредничаешь?.. Ты мне не веришь?

Олев. Верю. Сечь не стану.

Мария. Хочешь, я буду твоей наложницей?.. Мне жутко хочется. Веришь?

Олев. Верю.

Мария. А тебе никто не говорил, что ты кретин?

Олев. Сам знаю.

Мария. Мыслитель знает, что он кретин?

Олев. Мне бы твою самоуверенность.

Мария. Мою самоуверенность?

Олев. Или это спесь? Кураж?

Мария. Спесь. Кураж.

Олев. Ну и ладно. Как-нибудь устроимся.

Мария. Ты сказал — как-нибудь устроимся?

Олев. Или мы полные идиоты с тобой?

Мария. Я — нет.

Олев. Начало не плохое. Стоит попробовать.

Мария (глядя вправо). Погоди-ка. Не уходи. Я сейчас. Подожди меня здесь.

Мария направляется вправо.
Олев смотрит ей вслед.

Олев. Так… Явился-таки молодец… Интересно, уйдет с ним или вернется?.. Такие возражений не терпят…

Олев пристально присматривается.

Невероятно… Невероятно…

Олев садится на скамейку спиной к Марии.
Появляется Мария.

Мария. Толстяка видел? Это Берт. Пенделя дала. Я нынче собой очень и очень довольна. На чем же мы остановились? Да, вспомнила. Ты сказал: как-нибудь устроимся. Хотелось бы узнать, о каком устройстве ты заговорил?

Олев. Вместе давай думать.

Мария. Ты живешь где-то здесь? Поблизости?

Олев. Очень близко.

Мария. Ты мне становишься любопытным. Собственно, кто ты такой? Пока я знаю, что зовут тебя Олев и у тебя два сына.

Олев. Ты живешь, как я понимаю, где попало?

Мария. Я первая задала вопрос.

Олев. Кто приютит, у того и живешь? В каком-нибудь притоне? У дружков?

Мария. В жутком притоне!.. Ты даже не представляешь… два дивана… с пружинами наружу… четыре матраца… прямо на полу… одна тахта на троих…

Олев. Дождешься ты у меня.

Мария. Задницу надерешь?

Олев. Почему бы и нет?

Мария. Скажи-ка мне, милый мой, по знакомству, я твоих сыночков знаю? Сочинителя песен, например?

Олев. Даже очень хорошо знаешь. Его вся Эстония знает.

Мария. Как зовут?.. Имя, фамилия?

Олев. Не скажу…

Мария. Вот как? Я хочу знать.

Олев. Он не мой. Носит не мою фамилию.

Мария. Твой сын не твой? Он носит фамилию мамаши?

Олев. Ему наговорили обо мне всякой чепухи. Я для него — никто.

Мария. Он дурак?.. твой сыночек?… У него своей башки нет?

Олев. Он — козерог.

Мария. Козерог? Это значит — плохой?

Олев. Козероги упрямы, самолюбивы. Пусть песни сочиняет. Главное, был бы здоров.

Мария. Главное — не кололся бы.

Олев. Точно. Упаси господь.

Мария. Скажи, а тебя господь пасет?

Олев молчит.

Чистенький?.. Как стеклышко?

Олев. На бога надейся, сам не плошай. Живу по совести.

Мария. Ты никогда никуда не выползешь со своей совестью…Гляжу на тебя и хочется мне…

Олев. Уколоться… Валяй. Две сотни получила.

Мария. Ты не знаешь, что по совести живут только идиоты?

Олев. До сих пор не знал.

Мария. Тебе пинка дали?.. если хлопочешь о совести?… Ты знаешь, что сопляк нынче ни за что места не уступит в троллейбусе старухе?

Олев. Знаю.

Мария. Тебе известно, кто больше всего о совести хлопочет?.. Из партии коммунистов прямиком в церковь побежали, галопом, обгоняя друг друга.

Олев. Ответь мне, пожалуйста, поэт может жить без совести?

Мария. Без совести? Запросто. Гони монету. Аллилуйя? Любимой партии? С нашим полным удовольствием. Уж что-что, а про поэтов я знаю больше тебя.

Олев (приглядываясь к Марии). Очень хорошо, что Берту дала пенделя.

Мария (в упор глядя Олеву в лицо). Ты обо мне не знаешь даже вот столько. (На кончик пальца).

Олев. Ты меня радуешь все больше и больше.

Мария. Радую? Вот как?

Олев. Знаешь себе цену и от меня этого не скрываешь.

Мария. Не скрываю, что шлюха?

Олев. Ты не шлюха.

Мария. Ты, все-таки, забавен.

Олев. Достоевского знаешь?

Мария. Достоевского? Федора Достоевского? Или я похожа на идиотку?

Олев. Не каждый способен в творчестве - нараспашку.

Мария. Мой папа сказал бы — расхристаться, как Достоевский. Чем все-таки ты занимаешься?

Олев. На автостоянке сторожем работаю. Пенсию тоже стал получать.

Мария. Женщин много было у тебя?

Олев. Я свою жизнь посвятил спорту. Наука побеждать.

Мария. Ты совершенно не похож на победителя. Правило номер один в твоей науке?

Олев. Держать удар.

Мария. Держать удар. Понятно. Номер два?

Олев. Терпеть на дистанции.

Мария. Терпеть на дистанции. Правило, которое далеко не всем по зубам… Ну, ладно. Номер три?

Олев. Ничего не бояться.

Мария. Таких, пожалуй, наберется.

Олев. А тебе известно, что смелых не любят?

Мария присматривается к Олеву.

Мария. Не любят?

Олев. Порой даже ненавидят.

Мария. За что же тебя ненавидят?

Олев молчит.

Как зовут твоих сыновей?

Олев. О себе не хочешь рассказать?

Мария. За что же тебя ненавидят?

Олев. Мой младший сын в Москве. Он актер театра. Старший… Старшего зовут - Свен.

Мария. Свен?

Олев. Да.

Мария. Уж не Свен ли Кикас?

Олев. Да.

Мария. Свен Кикас?! Свен Кикас твой сын?! И ты говоришь — он далеко?! Он же только вчера выступал по телевидению! Господи, да это же твоя кровь! Твоя кровь песни сочиняет! Это твоя кровь звучит на всю Эстонию!

Олев. Красиво.

Олев и Мария внимательно присматриваются друг к другу.

Мария. Скажи честно, зачем там (в сторону скамейки) уединяешься?

Олев молчит.

Тебя волнуют шлюхи?

Олев качает головой.

Тогда зачем?

Олев. Если человек тебе интересен,– убей в себе зверя.

Мария (приглядываясь к Олеву). Убей в себе зверя? Что-что? Ты имеешь в виду - секс?.. Ты что — СПИДа боишься?

Олев. Ничего я не боюсь. Хочется музыки.

Мария. Хочется музыки... Схожу-ка я за кустики.

Мария уходит за кусты.

(Из-за кустов). Ку-ку!

Олев молчит.

Почему соловушка молчит?!

Каркает ворона.

Раскаркалась, дура! (Выходя из-за кустов). Там тепленькое местечко. Твоя очередь.

Олев. Давно колешься?

Мария. Скажи грешной девочке, где же то место, где выращиваются несгибаемые?

Олев. Десятиборье.

Мария. Ты десятиборец?.. Тогда встань сюда… Стой… Готов?.. Приготовился?..

Олев. Готов.

Мария разбегается, бросает руки на землю перед Олевом и закидывает ноги вверх. Олев ловит ее ноги. (Может быть, не сразу, а с забавной возней?). Так или иначе — стойка получается. Но юбка оказывается сзади расстегнутой, она сползает вниз, обнажая бедра, оголяя ягодицы…

Мария. Держи!.. Крепко держи!.. Теперь потихоньку отпускай… Не сразу!.. Давай… Отпускай…

Мария, постояв секунду-другую без поддержки, становится на ноги.

Ну, как?

Олев. Зачем юбку расстегнула?

Мария. Расстегнула? Господи, что я натворила!

Олев. Давно колешься, смелая и находчивая?

Мария. Денег успела извести!..

Олев. Ты себя изведешь.

Мария. Ты будешь плакать на моей могиле?

Каркает ворона.

О чем это она?.. Она сказала - дура?

Олев. Она кричит на весь лес — карабкайся. Ворона умеет за жизнь драться.

Мария. Ты уверен? Она так сказала? Карабкайся? Вороне я, пожалуй, поверю. Но меня сейчас занимает соловей.

Олев. Зачем задницу выставила?

Мария. Приятно… Тебе… Именно — тебе… Хочу, чтобы ты высек ее… вдоль и поперек… Мечтаю очиститься… от Берта… от Юрия... от Гуннара…Никуда я отсюда с мерзкой задницей не пойду.

Мария направляется к кустам.
Возвращается к Олеву с отломленным прутом.

Хочу.. В кровь… Думаешь — играю?.. Разыгрываю тебя? Хочу спать с высеченной задницей… чтобы помнить тебя…

Олев. Тебя били в детстве?..

Мария. Пальцем не трогали… Выпусти из меня желчь. Во мне, дружок, не кровь, во мне — желчь… Выпусти из меня эту пакость… Хочу почувствовать твою руку… Я нуждаюсь в твоей твердой руке… Не отпускай меня на волю…

Олев. Заночуешь у меня.

Мария. Ты что, меня в гости приглашаешь?.. Пожалуй, стоит приглядеться к твоей квартире… Она у тебя ничего? Ты ко мне как следует пригляделся? Очень внимательно? Ты СПИДа не боишься?.. Скажи честно: зря ты со своим Бертом не убралась к чертовой матери…

Мария с вызовом хохочет.

(В лицо Олеву). Ну, как, красивый у меня смех?..

Олев выхватывает из рук Марии прут…
Крик вороны.

О чем это она?.. Переведи… Каждому — свое?..

Мария задирает юбку, вызывающе выпятив ягодицы.
Олев изо всех сил стегает.

Олев. Беги за своими дружками. Где меня найти — ты знаешь.

Отшвырнув прут, Олев направляется прочь.

Мария. Стой!

Олев не обращает внимания.

Я сказала — стой!.. (Остервенело). Немедленно вернись!!

Олев возвращается.
Пауза.

Сядь.

Пауза.

Прошу тебя, сядь…

Олев садится.
Мария неожиданно опускается на колени.
Прикладывается губами к руке Олева.
ОлевА точно током бьет, отдергивает руку.

Т-с-с…

Помолчали.

Когда отец уходил… когда отец решил нас оставить… я не выдержала и побежала следом. Бросилась его догонять… Он увидел меня и побежал. Он стал от меня убегать… Представляешь себе человека бегущего с тяжелым чемоданом? Не бег, - цирк… Я приближалась… Тогда он бросил чемодан. Побежал без чемодана. Я остановилась. Не знала, как поступить… Так ушел из нашего огромного, пустынного дома отец … С моря дул холодный ветер, по шоссе проносились автомашины…

Олев ждет продолжение рассказа.

Тащить чемодан домой? Мама спросит: «Почему чемодан у тебя?».. Я долго сидела, замерзла. В чемодане были стихи. Я точно знала, - в чемодане его новые, последние стихи. Ученическая тетрадка стихов. Наверняка несколько рубашек и свитер, свитер, который связала ему мама. Его старенькая мама. Я была более, чем уверена, - он ушел к ней. В ее маленькую квартирку… На другой день я решила позвонить. У мамы он не появлялся. Тогда я принялась названивать в Кохила. В его родные места. Там он был, заглядывал на хутора, побывал у одного друга, у другого…потом исчез… Полная неизвестность до сих пор…

Мария бросает взгляд вправо. Всматривается.
Олев тоже там кого-то видит.

Погоди. Побудь здесь. Никуда не уходи. Будь здесь.

Мария идет вправо.
Олев следит за ситуацией с напряженным вниманием.
Достает крохотный пистолет, передергивает затвор.
Неожиданно срывается с места и устремляется вправо.

Мария (отдаленный крик). Нет!.. Не надо!.. Олев, не надо! Прошу тебя, оставь нас в покое! Что ты делаешь?! Олев!!

Крик Олева. Подонки! Псы! Как котят перестреляю!!

Крик Марии. Олев!! Что ты делаешь?!

Пауза.
Приближающиеся голоса.

Голос Марии. Ты с ума сошел! Я сказала — жди! Это мои дела! Мои! Тебе это понятно?! Что теперь!? Черт тебя дернул сунуться!

Появляются Мария и Олев.

Олев. Ты должна с ними порвать! Раз и навсегда! Ты их больше не знаешь!

Мария. Ты сумасшедший! Ты из ума выжил!

Олев. Хватит! Тихо!

Мария. Не заносись! Ты — никто! Понял?!

Олев. Покажи лицо! Поверни к свету! Поверни лицо к свету, я сказал!

Олев сам поворачивает лицо Марии к свету.

Поздравляю, будет отменный синяк. Дружки у тебя просто загляденье. За что он тебя ударил?

Мария. Долг не вернула! Это мои дела! Понял?!

Олев. Какой еще долг?!.. Сколько?.. Сумма какая?!.

Мария. Мои дела тебя не касаются!

Олев. Меня касается все! С подонками у меня свой разговор!

Мария (на пистолет). Дай подержать… Ну, дай подержать!

Олев. Сопли утри!

Мария. Нет — дай!.. Хочу… Я осторожно…. Мне надо подержать!! Ты это можешь понять?!! Надо!!.. Эти рожи! Отвратительные морды! (Смягчаясь). Ну дай… Пожалуйста…

Вынув обойму, забрав патрон из патронника, Олев подает
пистолет Марии.

До чего же маленький… а тяжелый… Бах! Бах! Насквозь! В рожу! В брюхо! В мошонку!.. Откуда он у тебя?

Олев. Подержала — хватит.

Мария. Погоди. Мне бы такой.

Олев. Ты должна с ними порвать. Сколько у тебя долгу?

Мария (рукой над головой). Вот так.

Олев. Я дам… И на этом — точка! Раз и навсегда!

Мария. Ты собираешься выложить шесть тысяч?! Наркоманке?!

Олев. Или ты тряпка?! Половая?! Они об тебя ноги вытирают! Задолжать мерзавцам! А я-то был уверен, девчонка — кремень! А она принимает пощечины! Да ты после этого — ничтожество!

Мария. Откуда у тебя эта штука? Где ты взял? Купил?

Олев. Речь идет о тебе! Дай сюда! (Забирает пистолет). Они могут вернуться.

Мария. Вернуться? Ты видел, как быстро они бегают?

Олев. Тот, который длинный, он кто?

Мария. Зачем тебе? За спиной длинного стоят серьезные типы.

Олев. Ты меня с ним познакомишь.

Мария. Тебе сказано — отвали. Понял?!

Олев. Ты меня с ним познакомишь!

Мария. Ты понимаешь, что говоришь!?

Олев. Возвращаться запрещаю! На этом — точка! (Помолчав). Я сам буду доставать тебе наркотики.

Мария. Ты хочешь меня запереть на ключ?

Олев. Черта с два.

Мария. Ты решил меня связать по рукам, по ногам? Не спросив на то моего согласия? Шило — на мыло?! Ха-ха! — предпочитаю шило! В задницу!

Олев. Ты — тряпка! Ты собралась с ними уходить! Я все видел!

Мария (задетая за живое). Что ты видел?

Олев. Ты собралась с ними уходить, получив от них же по роже!

Мария. Как ты догадался?

Олев. Все ясно.

Мария. Что тебе ясно?

Олев. Ты — ноль! Пустое место! Вот что мне ясно!

Мария. Сам ты — ноль! Я за тебя испугалась! Соображаловка твоя не работает?!

Олев (удовлетворенно). Очень хорошо.

Мария. Ты меня совершенно не знаешь!

Олев. Все идет, как надо.

Мария. Я не пойду к тебе! Ты… Ты — чокнутый! Ты из ума выжил!!

Олев (думая о своем). Ты должна познакомить меня с длинным. Надеюсь, он меня не разглядел в темноте.

Мария. Послушай… ты случайно не «коп»?.. Ты не полицейский?

Олев. У меня свои счеты. С подонками у меня свой разговор.

Мария. С этой штукой пойдешь на разговор? Загремишь в два счета. Сядешь, как миленький.

Олев. Это мои дела.

Мария. Твои? Это моя жизнь! Понял?! Ты только все портишь! Не встревай! Ты и так все испортил!

Олев. Разве это жизнь? Это — катастрофа.

Мария. Кто ты такой?

Олев молчит.

Я тебе не верю… Ни единому твоему слову…

Олев молчит.

Ты из той засады… (рукой влево)… следишь не за мной. О, нет, теперь я точно знаю — не за мной.

Олев. Чем ты меня заворожила, чертовка? Неужели бесноватостью своей?

Мария. «Солнечный инстинкт», трели соловья… Ты не тот, за кого выставляешься. Ты темная личность. Дьявол! Дьявол! Видел бы ты себя там! (Рукой вправо).

Олев. Точно… Я — дьявол.

Мария. Послушай…

Олев. Надоело!.. Про отца расскажи.

Мария. Я жалею, что рассказала про отца.

Олев. Сядь. Вот сюда сядь и молчи.

Мария. Ты не тот, который мне понравился.

Олев. Прошу тебя — сядь.

Мария ухмыляется.
Олев бесцеремонно сажает Марию на скамейку.
Мария шокирована, но молчит.
Олев, взволнованный, ходит по лужайке.

Ты хочешь знать, кто я такой?.. Хочешь знать, откуда у меня этот пистолет?.. Подарок тещи.

Мария. Ну и теща у тебя.

Олев. Мы с тобой два круглых идиота.

Мария. Что? Ты меня в свою берлогу не тащи!

Олев. Причем, оба с гонором. (Сплевывает).

Мария. Н у и теща у тебя, однако. Выкладывай. Я слушаю тебя.

Олев. В спорте я кое-чего стоил.

Мария. Кое-чего? Всего лишь? Лично я - бесценная.

Олев замолкает.

Я слушаю. Продолжай.

Олев. В спорте — там все понятно. Там более-менее все по правилам… Дела житейские… Тут у меня какая-то ерунда всегда получается.

Мария. Я же тебе сразу сказала, кто ты такой.

Олев. Первая женитьба — первая катастрофа… Жена умирает вместе с ребенком на операционном столе.

Мария. А Свен? Ты сказал, что с первой женой у вас родился Свен.

Олев. Свен - это чудо. Невероятное чудо. Можно именно так сказать: невероятное чудо.

Мария. Ты хочешь сказать, что жена умерла, потому что жила с тобой?

Олев. Пожалуй…Нет во мне нужных качеств.

Мария. Вороньих?

Олев. Вот именно - вороньих.

Мария. Ты угодил в воронью стаю с первой женитьбой?

Олев. Не умею человеку в глаза смотреть… А потому… да здравствует капитализм.

Мария. Что-что-что? Ну и каша у тебя в башке. Отчего все-таки жена умерла?

Олев. Когда на борца «за счастье человечества»…

Мария. Что-что-что?

Олев. Когда на борца «за счастье человечества» сваливается капитал… буквально миллионы сваливаются на голову, тут сразу видно, кто есть кто... Да здравствует капитализм…

Мария. Ты можешь переживать из-за каких-то там коммунистов?! Да я могу тебе такое рассказать!..Почему жена умерла? Не отвлекайся.

Олев молчит.

Ну хорошо, тогда о второй жене рассказывай…

Олев молчит.

Я же прошу тебя! Мне что, на колени встать?! Ты этого ждешь?

Олев молчит.

 

Не хочешь — не надо. Несносная бабенка? Знаю. Я со всеми такая. Маме со мной ох как не сладко… Я не из тех, с которыми праздник… А тебе каникулы подавай?!

Олев. Передумал я.

Мария. Что ты передумал?

Олев. Прошлое ворошить!

Мария. Не достойна?А ты не командуй… Не смей мной командовать! Понял?!

Олев. Понял.

Мария. Другой на твоем месте давно бы по роже дал… Я им синяк не спущу. Они еще пожалеют…

Олев. Ты очень любила отца?

Мария. Ты на него похож. Тебе никто не говорил, что ты - ку-ку?

Олев. Сам знаю.

Мария. Как отец торжествовал! Как он радовался! Свободная Эстония! Эстония независимая! Самостоятельная!.. А сам… а сам абсолютно не умел держать удар. Они с мамой — небо и земля. Ты сказал — да здравствует капитализм?

Олев. Такие, как твой отец, - совесть нации.

Мария. Отец чаще слышал совсем другое - дурак…

Олев. Я его понимаю.

Мария. Ты писатель?

Олев. Тот, кто пишет в стол, не может считать себя писателем.

Мария. Про меня напишешь?

Олев. Напишу.

Мария. Почитать дашь?

Олев. Если захочешь - дам…

Мария. Шесть тысяч тоже дашь?

Олев. Обещал, значит получишь шесть тысяч.

Мария. И про своих жен все расскажешь?

Олев молчит.

Я рада, что ты меня не трахнул…О чем ты все время думаешь? (Вправо). Об этих?…О длинном?.. Ты был там ужасен. Я готова была удрать вместе с ними. Ты все-таки сумасшедший. Меня остановило только то, что получила от них по роже…

Олев. Их было четверо…

Мария. Что?.. Кого было четверо?…

Олев. Старшему было лет двадцать пять…

Мария. Кому двадцать пять?.. Рассказывай.

Олев. В руке он держал гаечный ключ…

Мария. Гаечный ключ?.. Я слушаю.

Олев. Самый молодой из них был рыжий… Лет восемнадцати… У него была в руке бутылка … с отбитым донышком… На лице - следы от оспы… У них у каждого что-то было в руке…

Мария. Ты, однако, умеешь держать паузы.

Олев. А ты, однако, не умеешь слушать.

Мария. Рассказывай. Слушаю.

Олев. Они шли со стороны леса. Обходили нас дугой. Отрезали пути к отступлению.

Мария. Ты меня испытываешь? Я же слушаю тебя.

Олев. Мы с женой оказались на крутом обрыве реки. На Кавказе это было. Июль месяц, жара, в горах таянье ледников. Жена на седьмом месяце беременности.

На этот раз Мария молчит

Одежда наша лежала в сумке, сами мы были в плавках. Мы ходили загорать на разлив. Загорали, я мастерил кораблики из кожуры арбуза, потому в руках у меня оказался перочинный нож. Крохотный перочинный ножик… Они подходили, смыкая полукруг… «Прыгай в воду! — закричал я жене. — Прыгай! вода понесет, я — следом! утонуть не дам!» У нее ноги подкосились. Очень хорошо помню, как мелькнула мысль: так и не успел написать свою главную книгу… Только через мой труп… Как я жалел в те мгновения, что у меня не нож, а чепуха какая-то.

Олев замолкает.
Мария тоже молчит.

Мария. Ты должен меня ненавидеть.

Олев. Я ненавижу подонков.

Мария. Скажи мне, пожалуйста, чем моя матушка отличается…

Олев. Прекрати!! Мать — это святое!!

Помолчали.

Твоя мать делает то, что все сейчас делают. Выживает.

Мария. Ну-ну, выживает. В помойке роется... Хочешь знать, кому я могла позволить на себя голос повысить?

Олев. Не хочу ничего знать.

Мария. Отец любил меня… Значит, твоя судьба - стеречь чужие машины. А вот моя мамочка воздвигла такой домина…

Олев (перебивая). Деньги не главное!!

Мария. Что?! Очнись, приятель! Да за деньги голову оторвут!! Или про любовь еще вспомнишь?!

Олев. Несомненно.

Мария едва сдерживает себя.

Мария. А сам ходишь с пистолетом! Отвратительный краснобай!! Лицемер!! Никакого в тебе солнечного инстинкта! Понял?! Секс! Похоть! Деньги! Любовь нынче в помойке! Или не знаешь, как ковыряют ее палками?! Ищут — не находят! Объедки от твоей любви остались!

Помолчали.

Олев. Чтобы что-что понять, надо хоть немного пожить.

Мария. К черту! Тебя на смех поднимут с твоей болтовней.

Олев. Тебе следовало бы родить мальчика и девочку.

Мария (изумленная молчит). Чтобы потом нянчить уродов? Ты встречал вот таких?! (Мария показывает душераздирающую походку больного). Я же наркоманка!! Вот мое будущее!!

Олев (наблюдая за Марией). Мой сын родился с пороком сердца…

Мария замирает.

Врачи сказали, нужна серьезная операция… Ему было тогда два годика. Сужение аорты. Гулять с ребенком за руку, ни в коем случае не бегать и так далее, и так далее… Спросили: «Ваша жена, будучи беременной, не испытала сильного нервного потрясения?…».

Мария. И что ты ответил?

Олев. Хочешь знать, что я сделал в ответ на рекомендации врачей? Купил сыну велосипед, купил кучу мячей, хоккейную клюшку… Стал наблюдать в окно, как мальчишка во дворе гоняет мяч. Погоняет, погоняет — упадет на землю, несколько секунд полежит и опять за работу.

Мария. Оригинал.

Олев. Когда мальчику исполнилось десять лет, пригласили нас с ним на очередное обследование. Консилиум собрали. Я сижу в коридоре. Более часа сидел. Выходят врачи — руками разводят: ни малейшего отклонения от нормы… (Взорвавшись). Кровь кипит во мне, когда на улицах Таллинна слышу мат!! От русской речи остался один только мат!!

Помолчали.

Мария. Почему не спросишь, кто был мой отец?

Олев (жестко). Ивар Каськ. Твой отец - известный поэт. Два года назад о его исчезновении много писали… Тем обидней видеть тебя среди подонков.

Помолчали.

Как же я был обозлен, я готов был растерзать собственного сына, когда он начал курить… А недавно… в телефонную трубку… я услышал пьяную речь. Он звонил из Москвы. Как же - артист. Солнечный инстинкт во мне погас… Уж лучше наблюдать за воронами. Ворона все сделает, чтобы выжить. И малышей научит драться за место под солнцем.

Помолчали.

Мария. Я денег у тебя не возьму.

Олев. Как знаешь… Что-то я разнервничался. Язык мой — враг мой.

Мария. Не болтай чепухи... Тебе позвонить можно будет?

Олев. Мне? Позвонить? Буду рад. Вот визитка. В любое время. Буду рад.

Мария. Идем?

Олев. Имей в виду, ты этих мерзавцев не знаешь… Лучше к ним теперь вообще не ходить.

Мария (на купюру). Сохраню на память.

Олев. Позвонишь - буду очень рад.

Мария. Дашь что-нибудь почитать?..

Олев. Хочешь? Пьесы читать не интересно.

Мария. Мне все интересно.

Олев. Ну что ж, тогда зайдем ко мне. Тут недалеко.

Уходят.

Действие второе

Поздний час. Горит фонарь.
Скамейки стоят по-новому.
Под кустами все прибрано.
Возле скамеек пустая урна.

Издалека слышны приближающиеся звуки концерта для скрипки с оркестром М. Бруха.
Звуки приближаются, усиливаются, в конце концов, появляется Олев.
В руке у него магнитофон.
Олев ставит магнитофон на скамейку.
Смотрит на часы.
Прогуливается.
Проходит минута, другая.
Олев видит кого-то справа. Он преображается. Даже усиливает звучание музыки.
Наконец-то появляется Мария. На плече у нее сумка.
Олев отечески обнимает ее и целует в щеку. Сумка падает на землю…
Олев поднимает сумку. Выключает музыку.

Олев. Где же ты была, чудо-юдо? Ни слуху, ни духу. Я был уверен: конец нашей маленькой романтической истории.

Мария (довольно сухо).Здравствуй.

Олев. Ты сегодня прекрасно выглядишь. Здравствуй. Очень рад тебя видеть. Сколько? — полтора месяца не виделись?

Мария. Что это за музыка была?

Олев. Музыка? Тебе понравилась? Лично мне этот концерт нравится очень. Брух.Концерт для скрипки с оркестром.

Мария. Брух?Не знаютакого композитора.

Олев. Немец. Конец девятнадцатого, начало двадцатого века. Я его тоже сравнительно недавно открыл для себя. Мне нравится исполнение, Коган просто восхищает. Этого мастера я слушаю всегда с необычайным вниманием. Виртуоз с большой буквы.

Мария. Я прочитала пьесу.

Олев. Прекрасно. Мне будет интересно послушать твое мнение.

Мария. У тебя все такие пьесы?

Олев. Мои пьесы? Наверное, они разные.

Мария. Приняты к изданию папины стихи.

Олев. Приняты к изданию папины стихи?!

Мария. Те самые, которые лежали в чемодане.

Олев. Ты серьезно говоришь?

Мария. Скоро получишь самые значительные папины стихи.

Олев. Но ведь издательство требует огромных денег.

Мария. Мамины деньги.

Олев. Очень любопытно. Это же замечательная новость! Самые значительные стихи, говоришь?

Мария. Так говорят специалисты.

Олев. Время ты зря не теряла. А я пару недель дома сидел - ждал твоего звонка. Даже в парк не выходил. А потом - как отрезало: нет, так — нет. Сегодняшний звонок был полной неожиданностью. Очень приятно. Не скрою — более, чем приятно.

Мария. Ты же дал мне читать пьесу.

Олев. Дал. Верно.Но у моих пьес имеется забавная особенность: в свое время они исчезали, как мотыльки.

Мария. Не понимаю.

Олев. Когда-то мои пьесы волновали режиссеров настолько, что они назначали мне встречи на трамвайных остановках.

Мария. На трамвайных остановках? Режиссеры? Не понимаю.

Олев. В Москве такие случаи у меня были.

Мария. Чтобы избежать посторонних ушей?Верно?

Олев. Умница.

Мария. А ты не хочешь спросить, почему я назначила тебе встречу здесь, в этом отвратительном месте?

Олев. Я думаю, ты сама скажешь.

Мария. Ты пистолет прихватил?

Олев. Прихватил.

Мария молчит.

Мария, что случилось?

Мигает фонарь.

Мария. Я прочитала твою пьесу. Почему ты в пьесе себя ненавидишь?.. Ты в пьесе себя буквально ненавидишь.

Олев. Мария, что случилось?

Мария. Твоя жена гуляла на сторону?

Олев. Кого мы ждем?

Мария (не слушая Олева). Почему ваша семья развалилась?

Олев. Твоя матушка была партийным работником?

Мария. Моя матушка? Партийным работником? Ты что, не знаешь? Об этом столько писали, столько косточек перемыли. Не только маме перемыли, но и мне досталось. Ты действительно не знаешь?

Олев. Знаю.

Мария. Тогда зачем спрашиваешь?

Олев. Чтобы ты ответила, зачем мы здесь?

Мария. «Коммунизм — будущее человечества». Вот так звучало в мозгах моей мамочки. Референт Центрального Комитета коммунистической партии Эстонии. Знай наших.

Олев. Знаю я ваших.

Мария. Что ты имеешь в виду?

Олев. Криминальная партия сгинула и слава богу.

Мария. Сгинула? Ты так думаешь? У моей матушки хватка железная. Вот у кого нужно учиться.

Олев. Прекрасно.

Мария. Что - прекрасно?

Олев. Хватка железная.

Мария. Коммунизм, значит будет всемирный коммунизм. Капитализм, значит будет благословенный капитализм. Никаких проблем.

Олев. Умный человек быстро схватывает суть вещей.

Мария. Теперь и я знаю, где зарыта эта собака - суть вещей. Ты бы видел наш дом. А в каком шикарном районе города.

Олев. Мария, зачем мы здесь?

Мария. Хочешь, я скажу тебе, что погубило отца?

Олев. Скажи.

Мария. Откуда у мамочки столько денег? Откуда взялись такие огромные деньги у нашей мамочки?..

Олев. Мария, что происходит?

Мария. Мой папуля не знал, что деньги не пахнут.

Олев. Твой отец прежде всего - гражданин.

Мария. Гражданину ничего не надо? Гражданин витает в облаках? Штаны сваливаются, а он думает только о великих вещах? О чем угодно, только не о хлебе?

Олев. Да.

Мария (вспыхнув). Идиот! Ты - идиот! Кретин!

Олев. Знаю.

Мария. А вот мамуля построила дворец. Две ванны, две шикарные ванны, белая и розовая, с цветочками, и в крапинку, комнаты одна другой больше, виноград на столе, антикварные безделушки по углам.

Олев. Жил бы папуля, как у Христа за пазухой.

Мария. Да! Да! Жил бы, как у Христа за пазухой! Или лучше сгинуть?! Наплевать?! Бросить!? Оставить в этом мерзком мире!! Не выступай!! Понял?! Помалкивай, товарищ гражданин!!

Олев. Понял.

Мария. Лучше шприц в задницу…

Олев. Кругом нищета, несправедливость, а папа ел бы виноград и напевал бы песенки о райской жизни.

Мария. Почему развалилась твоя семья?

Олев. Об этом поговорим в другом месте.

Мария. Твоя пьеса… одно слово - шедевр. Она написана для того, чтобы показать, какой же ты замечательный. Не мужчина - чудо.

Олев. Пьеса тебе не понравилась?

Мария. Да, папа не умел держать удар… (Взорвавшись). А только это лучше, чем терпеть зуботычины! Понял?!

Олев. Понял.

Мария. Хорошо держишь удар? Получай. Приятного аппетита.

Олев. Что случилось?

Телефонный сигнал.
Мария достает мобильный телефон.
Читает номер абонента.
Подобравшись, говорит не своим голосом.

(Нарочито игриво). Да?.. Да, это я — Ану… Конечно, помню… Если обещала, значит, будет, как обещала… Сегодня?! Но сегодня уже поздно!.. Ошибаюсь?.. Ты так считаешь?.. Откровенно говоря, ты меня тоже заинтриговал… Ну, хорошо. Я должна подумать… Я позвоню тебе. Договорились? Что?.. Ха-ха-ха!.. Я все поняла. Я позвоню. Обязательно позвоню.Все.

Конец разговора.

Олев. Кто это?

Мария. Так… Милый собеседник…

Олев присматривается к Марии.

Олев. Что происходит, Мария?

Мария. Он меня изнасиловал… Групповое изнасилование…

Олев не торопит Марию.

Они были уверены, что я готовенькая… поплыла в райские кущи…на тот свет отправилась…

Олев не торопит Марию.

Они вогнали в меня лошадиную дозу… Вдвоем… Насильно… Они были уверены, что я откину тапочки…

Олев. Они стали выяснять, кто был тот - с пистолетом?.. Это звонил он? Длинный?..

Мария. Меня вытащила с того света девчонка… Каким-то чудом. У нее оказался ключ… Она зашла в квартиру переночевать... Я лежала на полу с разбросанными ногами…

Каркает ворона.

Я решила вернуть им долг. Заняла у мамы семь тысяч... Взяла у мамы в долг семь тысяч и пришла к ним... Вернула все, даже с довеском… После этого началось…

Олев. Стали выяснять, кто был с пистолетом?..

Мария. Это вовсе не самое главное. Они не любят, когда от них уходят. Такого они не допускают. Обычно от них никто не уходит.

Олев не торопит Марию.
Мария, показывая на телефон.

Телефон моей подруги... Я играю с ним в прятки уже пять дней… У него появилось желание встретиться. Встретиться с очаровательной Ану… Хочешь с ним познакомиться?

Олев молчит.

В полицию идти нет смысла. Девчонка отказалась помочь. Я без свидетеля…Скажи мне честно…ты видишь во сне Рыжего?.. Тот Рыжий является к тебе во сне?..

Олев. Случается.

Мария. Это Господь Бог приходит к тебе с напоминанием...

Олев молчит.

 

Справедливость живет не в законе … О, нет, совсем не в законе… Справедливость таится в человеческом сердце…

Олев молчит.

Когда ты подскочил… там (вправо), я была озадачена, я буквально опешила. Вот это мужик! Вот это - да!

Олев молчит.

В издательство я отправилась, чтобы доказать тебе, что чего-то стою… чего-то могу… Я собиралась тебе позвонить раз пять… но эти глаза… Кровь стынет… Каменею… Целый месяц хожу с мечтой… Во мне поселилась огненная мечта…

Олев молчит.

Ты можешь подержать его на прицеле?.. Ты не забыл тех подонков… у реки?.. Того рыжего не забыл?.. Или все — свист? Художественный свист? Трели соловья?

Каркает ворона.

Медом меня не корми, только бы слушать и слушать… о подонках… Расскажи о рыжем… Я знаю точно - рыжий маленького роста... Маленькие все ущербные… Это у него была бутылка с отбитым донышком?..

Олев молчит.

Он прикоснулся к твоей жене?.. Они с твоей женой что-то сделали?

Олев молчит.

Прости… Если бы они с твоей женой что-то сделали, тебя бы сейчас здесь не было…

Олев молчит.

Они тебя унизили… поставили в беспомощное положение… Ох, как это мерзко — беспомощное положение…Наркотик, да будет тебе известно, - хуже… Ты - никто… Ты - ничто…Ты - дерьмо… Тебя можно насиловать, да еще плюнуть сверху…

Олев молчит.

Я ненавижу себя… Ты собой очень доволен?.. Хочется жить, потому, что жизнь прекрасна?

Олев. Иллюзии я давно утратил.

Мария. Папа терпеть не мог свою беспомощность… Он даже ненавидел себя порой.

Олев молчит.

Я все время думала о тебе… Весь этот месяц… Мы хорошо понимаем друг друга?

Олев. Очень хочется верить.

Мария. Ты можешь пустить меня в свое одиночество?..

Олев. Сегодня у меня целый день музыка… Как только ты утром позвонила, все наполнилось музыкой… Одно меня тревожило: почему встреча здесь? Почему не в кафе, не днем, или у меня, например?.. Почему так поздно и здесь?

Помолчали.

 

Представь себе женщину с массивным подбородком…

Мария. С массивным?.. Женщину?

Олев. С квадратом, массивным подбородком…

Мария. Да, я могу это представить.

Олев. Так вот, - эта женщина ведет свою дочь… свою единственную, драгоценную дочь…

Мария. Куда?.. Куда она ведет свою дочь?

Олев. На убийство…

Мария. Звучит жутковато.

Олев. Ведет свою единственную дочурку на аборт…на криминальный аборт.

Мария. Девчонка нагуляла ребенка? Такое случается не редко. Вполне могу допустить.

Олев. Она ведет не девочку, которая нагуляла ребенка на стороне. Она ведет взрослую, замужнюю женщину...

Мария. Ты можешь говорить яснее? К чему ты, собственно, клонишь? О чем ты?

Олев. О свое полной несостоятельности.

Мария ждет.

Они решили провернуть дельце без моего ведома. Мать ведет драгоценное чадо на аборт и это чадо — моя жена.

Мария. Теща тебя ненавидела. Я это поняла с первых страниц пьесы. Но убить ребенка! Тайно! Не сказав тебе ни слова?!

Олев. Я не пришелся ко двору.

Мария не торопит Олева.

Вся моя молодость прошла в Сибири… Детство, школа, музыкальное училище… За Уралом осталась могила моей мамы…

Мария. Ты был в Сибири?!

Олев. Нашу семью депортировали. В сорок первом году. За две недели до начала войны. Посадили в грузовик, повезли на железнодорожную станцию. По доскам вошли в скотский вагон, переполненный людьми. Ужасающе длинный состав... Там было много составов… Вернулся я в Эстонию через пятнадцать лет. После смерти «товарища Сталина».

Мария. А вэто время русские в Эстонии строят коммунизм.

Олев. Не только русские. Не только русские, милая моя.

Мария. Камушек в огород моей мамы?

Олев. Бесплатная учеба, бесплатная медицина, транспорт - копейки, кинотеатры тоже, можно сказать, бесплатные. А вот у тещи отняли фабрику. Довольно крупную швейную фабрику. Заодно и типографию, три доходных дома и еще что-то там… уже и не припомню всего. Коммунистов, естественно, теща ненавидела смертельно.

Мария. А тебя за что ненавидела?

Олев. Деньги делать не умею. Никогда не умел и не умею. Собственник я ни к черту.

Мария. За что же вас в Сибирь увезли?

Олев. Покопались в архивах, а там — список участников Освободительной войны. Мой отец - офицер. Воевал с красными в восемнадцатом году, с восемнадцатого года по двадцатый. Вплоть до заключения Тартуского мирного договора с Россией.

Мария. Почему, все-таки, теща тебя ненавидела?

Олев. Я не плохо играю на скрипке.

Мария. Ты играешь на скрипке?

Олев. На Урале даже собирался поступать в консерваторию. Но спорт взял верх. Времена были совершенно не музыкальные. С женой мы познакомились уже в Таллинне, в филармонии. Показался я им поначалу человеком интересным. Приглядывались ко мне с большим любопытством.

Телефонный сигнал.
Мария смотрит на индикатор.
Молчит.
Каркает ворона.
Мария молчит.
Сигналы, в конце концов, прекращаются.

Олев знает, кто звонил.
Мария молчит.

Мария. Ну, давай, давай — рассказывай.

Олев молчит.

Рассказывай. Я слушаю.

Олев. В пятидесятые годы аборты были запрещены. Тогда они решили отправиться к знахарке. У знахарки принялись убивать моего первенца.

Мария. И все - из ненависти к тебе?

Олев. Впереди маячил карнавал.

Мария. Ты рассказчик, должна сказать, никуда не годный.

Олев. Моя жена была чемпионка Эстонии. Образцовая студентка, собой интересная. Короче, московские прихвостни решили фильм изготовить о советской студентке. Намечался грандиозный карнавал с вручением дипломов. Живот все мог испортить.

Мария. Ну, и как фильм?

Олев. Фильм? Страшное воспаление, ужасающие боли, срочная госпитализация…

Мария. Коммунисты их ограбили, и о них же фильм снимали?..

Олев. Между прочим, теща была невероятно набожна.

Мария. Бедная Эстония. Извивайся ужом перед всеми подряд: перед красными, перед черными, перед самим сатаной…

Гаснет фонарь.
Тишина.

Голос Марии (из темноты). Как ты думаешь - надолго?.. Моя мама с ума сошла, когда стала строить дом.

Олев. Идем ко мне.

Мария. Ее трудно было узнать. Ночью не спала, все молчала, молчала… Олев. Надо уходить, Мария.

Мария. Значит, Свен, все-таки, родился? После аборта родился?

Олев. Мне дали квартиру. Я тогда тренировал сборную Эстонии. Мы жили самостоятельно. И свершилось чудо. То было первое и последнее чудо в нашей семье.

Зажигается фонарь.

Мария. Продолжай.

Олев. Теща так и не поняла, за что же мне дали квартиру. За какие такие особенные заслуги? Мы были совершенно из разного теста. Я пробовал тогда писать рассказы, ее это раздражало. Она считала занятие литературой гадким, непозволительным делом. Я ее понимал. Тем более, на литературном конкурсе я как-то получил премию. В общем, все дошло до того, что я уехал учиться в Россию.

Мария. Теща была довольна?

Олев. Она подобрала для дочери нового мужа. На этот раз обеспеченного.У него был даже автомобиль. Пять лет они жили в моей квартире. И вдруг он тоже собрался уходить.

Мария. Из-за тещи?

Олев. После похорон мы сидели с ним в ресторане. То, что он мне рассказал, было до тошноты знакомо. Стали решать вопрос, как быть со Свеном.

Мария. Но за вас все решила теща.

Олев. Представь себе.

Мария. Ты даже не догадываешься, как мне все это знакомо.

Олев. Понятно. Папа и мама?

Мария. Почему умерла мама Свена?

Олев. Она пыталась удержать мужа ребенком. Но выкидыши - один за другим. Она решилась лечь в клинику. На сохранение. Слава богу, на этот раз ребенок развивался нормально, но она настояла на том, чтобы ее отпустили домой. Дома началось удушье. Срочная госпитализация, кесарево сечение… При вскрытии обнаружили большой тромб в легочной артерии… На другой день умер ребенок.

Пауза.
Мария включает музыку.
Звучит концерт Бруха.
Мария переполнена противоречивыми чувствами.
Неожиданно выключает музыку и набрасывается на Олева.

Мария. Зачем ты все это мне рассказываешь?! Что ты хочешь этим доказать?! Да я же тебя возненавижу! Возненавижу! Или ты ничего не понимаешь?! Идем! Идем! Куда?! К тебе?! С девчонкой пофлиртовать захотелось?! Какой же ты тогда писатель?! Какой же ты тогда гражданин?! Неужели не понимаешь: между нами - Длинный?! Он стоит перед моими глазами! Ты это понять способен?!

Мария сникает.

Я тебе не нужна…

Олев молчит.

Если ты не знаешь, то я тебе скажу: твоя правда осталась валяться у кавказской реки... В грязных лапах Рыжего твоя правда. Все остальное — ничто.

Олев. Мы с тобой капитально больны… Когда я оглядываюсь назад, когда вспоминаю жену, меня знобит, начинаю задыхаться, в глазах темнеет… Постоянно держу себя вот так. (Сжимает кулак)… Бывали минуты, когда мне хотелось подойти к вам сюда… с вашими фокусами… и перестрелять вас, как котят… и все кончить одним выстрелом…

Помолчали.

Мария. Чтобы жить, надо уметь дышать, стиснув зубы?…Ну-нуКогда мне сказали в издательстве, что опубликуют стихи папы, я была на седьмом небе. Мне захотелось тут же с тобой встретиться… А ночью... а ночью по моей комнате летала тень, черная, страшная тень… Он мне звонил. Советовал помалкивать…Все мы молчим. Считаем себя цивилизованными, считаем себя законопослушными, уповаем на Бога, на полицию, а сами?… Терпим, терпим… Вся наша жизнь — терпение… Папа не умел терпеть… (Помолчав). Папа весь в стихах… Может, действительно, все к черту?.. Если не возражаешь, заночую у тебя. Прижмусь к тебе, как когда-то к папе прижималась… Я любила запах отца. От него пахло покоем, благостью, счастьем…

Олев включает музыку.
Но тут же выключает.

Олев. Моя жена тихо умирала… Это была первая жена…Незаметно уходила от меня… Нет, я ненавижу не рыжего, о нет, совсем не рыжего… Я ненавижу себя.…Все уходит из моих рук… Даже сына не уберег - родился с пороком сердца… (Помолчав). Когда они увидели, что я готов драться, когда поняли, что драться буду до конца, старший из них сказал: «ладно, пусть идут».

Мария. Ты им понравился. Подонки тоже умеют ценить отчаянных.

Олев. Когда мы пошли, за нами увязался рыжий. Ему вслед крикнули: «Чуть чего — свистни». Рыжему только это и надо было. Он теперь знал - в моем мозгу застряло «чуть чего - свистни». Когда мы отошли метров на двести - идти нужно было через густой подлесок - рыжий решил действовать. Впереди был висячий мост, там водозаборная станция, охрана. Рыжий это знал. Или сейчас, или никогда. Первые двести метров он давил на психику жены, нес несусветную чушь, будто за каждым деревом стоит их человек, будто у каждого как минимум нож, будто они контролируют не только лес, но и весь район. Я, естественно, молчал, торопился к мосту. Я буквально тащил за собой жену. И вдруг он схватил ее за руку и потянул в сторону от тропы. Жена не стала сопротивляться. Более того — пошла за ним. Мне даже показалась — с готовностью. Сломалась? Мне не верит?… Все пошло к чертовой матери. Убью! Пропади все пропадом! Угроблю! Придушу!! Я кинулся на него… Он отпустил руку. Я… притормозил… Понимаешь?…притормозил… Все, на что я был способен — схватить жену за руку и потащить к мосту. Он стал кричать вслед: «Я тебя найду! Тебе больше не жить!».. Но Рыжий меня больше не интересовал...

Мария. Тебя интересовала теперь жена…

Олев молчит.

Олев. Как я тогда удержался? Неужели это и есть - благоразумие?

Мария. Ерунда все это. Ты человека вообще не убьешь… А вот моя матушка, моя благоразумная матушка прикончила бы, не задумываясь. Она всегда все делает без колебаний.

Олев молчит.
Мария неожиданно разражается хохотом.

Да что с тобой?! Заласкаю тебя до чертиков! Ты, в самом деле, необыкновенный! Ты просто — чудо!

Олев холоден. Марию не слушает. Он где-то очень далеко.
Мария к нему присматривается.

Будешь держать его на прицеле?..

Олев присматривается к Марие.
Оба внимательно смотрят друг на друга.

Будешь держать его на прицеле?

Олев тяжело дышит.
Мария не спускает с него глаз.

Я тебя обожаю…

Олев молчит.

Хочу к тебе… Хочу забраться к тебе в постель…

Олев молчит.

Но сначала хочу связать ему руки… Хочу связать руки и ноги… Примотаю к этой скамейке… Вот к этой … Мне бы очень хотелось…

Олев молчит.

Я отрежу ему яйца… Отрежу и брошу в урну…

Олев. Ты нож прихватила?

Мария пытается понять Олева.

 

Мария. А мы пивной банкой оттяпаем. В урне есть.

Олев. Веревку приготовила?

Мария от души хохочет.

Мария. Ты даже не представляешь, как мне хочется к тебе! Милый мой, умоляю, пошли!

Олев. С Длинным между нами?

Мария осекается.

Мне хорошо с тобой, девочка. Очень хорошо… Я шел на встречу с восторгом, с ликованием… Во мне вспыхнул свет. Давно со мной такого не было. Представляешь, - вспыхнул свет…

Мария встревожена.

Между мной и моей женой… всю жизнь маячит Рыжий... Между мной и моей судьбой вечно кто-то вылезает… всевозможные товарищи с партбилетами... всевозможные рыжие и не рыжие… Неужели и на этот раз я уйду с утертым носом?.. Ты прочитала всего лишь одну пьесу…

Мария. Ты загремишь! Сядешь! Ты не будешь драться за свою судьбу! Ты не умеешь, не хочешь драться за свою судьбу!

Олев. Этот длинный безнаказанно гуляет по Таллинну.

Мария. Ты ненормальный! Ненормальный! Ты это понимаешь?!

Олев. Об этом мне всю жизнь говорят... Все испоганил Длинный. Да как же можно так жить?! Как можно жить и не думать, что ты!…

Мария (перебивая). Почему ты не опубликован?!.. Ты можешь мне сказать, почему ты до сих пор не опубликован?!

Олев. Все это не интересно.

Мария. Олев, умоляю! Да посмотри ты на меня! Вот она я! Твоя! Здесь! Ты меня видишь?! Ты понимаешь, что я тебе говорю?!

Олев. Ты можешь мне пообещать?

Мария. Что? Пообещать?.. Что я должна тебе пообещать?

Олев молчит.

Я только о тебе и думаю!

Олев (не слушая Марию). Мать жены жила на Кавказе. Мы каждое лето ездили туда — в Армавир. Отдыхали в горах. Теберда. Домбай.

Мария (перебивая). Почему ты до сих пор не опубликован?

Олев. Незабываемые места: Фишт, Приэльбрусъе.

Мария. Почему твои пьесы не играют в театрах?

Олев. Тошно, милая, тошно!.. Давно тошнит меня от этой песни…

Мария. Потому что пишешь по-русски?..

Олев молчит.

Тебя засудят! Ты не умеешь драться!.. Сядь. Пожалуйста, давай посидим спокойно.

Мария усаживает Олева.
Вспомнив про музыку, включает.
Тут же выключает.

У реки ты думал о жене. Так? Думал о своей беременной, беспомощной жене. Я правильно говорю? Так все было, я тебя спрашиваю?

Олев. Так.

Мария. Почему обо мне не думаешь?! На меня можно плевать?!

Олев. Я далеко не труп!...

Мария осекается.

 

Мне очень хочется по утрам просыпаться с радостным, легким сердцем…

Мария. Я буду за тебя драться! У меня хватит сил! Ты мне не веришь?

Олев. Мария, я очень прошу тебя, позови его сюда.

Мария садится Олеву на колени.

Мария. Пожалуйста, поцелуй меня.

Олев. Ты как-то сказала: как хорошо, что ты меня не «трахнул».

Мария. Признайся, тебе хочется забыться?.. Только честно. Я должна знать. Тебе хочется на все плюнуть и забыться?

Олев. Не получается.

Мария. У тебя много было женщин?.. Хочешь, чтоб потом была музыка? Я обещаю - будет музыка.

Олев молчит.

Мне страшно.

Олев. У меня почему-то никогда ничего не получается. Вся моя жизнь дурацкая, бестолковая.

Мария. Ты меня с ума сводишь…(Потрясенная). Ты действительно хочешь, чтобы я позвала сюда Длинного?.. Господи, неужели это правда?.. Скажи, почему теща подарила тебе пистолет?.. У тебя пистолет зарегистрирован?

Олев. Пожалуйста, позови сюда длинного.

Мария. Ответь, почему теща подарила тебе пистолет?.. Она узнала, что случилось у реки?

Олев. Да. Уже потом. После смерти жены. Пистолет ее покойного мужа. Офицера.

Мария решается.
Набирает номер. Ждет.

Мария. Ку-ку! Это я!.. Что?.. Ждешь меня, не дождешься?! Очень приятно слышать... Где я нахожусь? Лучше ты скажи, где нам встретиться?... В данную минуту я нахожусь в парке… Гуляю… Если хочешь, приходи… На мне желтая куртка с капюшоном... Минут через двадцать?.. Ну, хорошо, я буду гулять… На главной аллее… Чао!

Мария выключает телефон.
Окаменевшая, молчит.
Олев не торопит Марию.

Олев. Очень хорошо понимаю тебя.

Мария молчит.

Прошло столько лет, а слышу не только голос Рыжего, - даже интонации.

Мария потихоньку приходит в себя.

Мария. Солнечный инстинкт во мне погас.

Олев молчит.

Как только его увижу, - направлюсь сюда. Ты будешь в кустах. Подойду к скамейке и сяду. Лица моего он не увидит. На мне будет куртка с капюшоном.

Мария достает из сумки желтую куртку.

Черт побрал бы, даже руки трясутся. С тобой не соскучишься. Ты сумасшедший. Теперь я точно знаю — сумасшедший. Потому и хочу быть с тобой. Я за тебя буду драться. Бога будешь благодарить, что встретил меня… Так просто человека не убивают. Потому и пойду на эту авантюру. Помоги. Затяни молнию повыше. Как я выгляжу? Хочу походку изменить. Ногами мельтешить, или шагать широко?

Олев. Будь кокетливой.

Мария. Хорошо, постараюсь быть кокетливой.

Олев. Держи в голове одно единственное - он твой насильник. Пришел твой час. Сегодня твой день. Понимаешь? Твой и мой. Сегодня он не будет царить.

Мария. Два дурака.

Олев. Пусть он в этом даже не сомневается. Пусть будет уверен, что вокруг него только дураки.

Мария. Ты хочешь сказать — слишком умные?

Олев. От этих умных тошнит.

Мария. Что ты хочешь с ним сделать?

Олев молчит.

Причастие на крови… Жутко… Давай отложим на день, другой… Никуда он от нас не денется…

Олев молчит.

Хочу ребенка... Веришь?.. Ты мне веришь, что я хочу ребенка?.. От тебя, сумасшедшего.

Олев молчит.

Ты думаешь обо мне хоть немного?

Олев молчит.

Я пошла.

Олев молчит.

Ты, в самом деле, хочешь, чтобы я пошла?

Олев молчит.

Ты готов ему простить?.. Потому такой уверенный?..

Олев молчит.

Уже две недели хожу чистая… Хочу, чтоб была музыка… Я все сделаю, чтоб была музыка… Идем отсюда прочь.

Олев молчит.

Я у мамы единственная. Она считает меня конченной. Не в деньгах счастье. Верно?.. После того, как папа ушел, мама многое передумала… На словах люди пафосные, возвышенные, просто - недосягаемые. Теперь даже мама знает: люди лживы, подлы, двуличны... Мы с тобой из другой оперы. Правда? Мы думаем друг о друге. Скажи, милый, я для тебя что-то значу?

Олев. Он может появиться раньше тебя.

Мария. Ты слушаешь только себя? Хочешь оставить меня одну? Бросишь на произвол судьбы?

Олев. Ты ничего не боишься. Ты ни в чем не сомневаешься. Ступай.

Мария. Ты мне совершенно непонятен.

Олев. Ты должна увидеть его глаза...

Мария. Я должна увидеть его глаза?.. Испуганные?.. Ты имеешь в виду — испуганные глаза?

Олев. Решать будет не он... Последнее слово не за ним...

Мария. Последнее слово за нами?..

Олев молчит.

Мне страшно.

Олев. Пусть он запомнит этот день… Пусть запомнит тебя не униженную, не измученную… а - гордую и свободную. Пусть запомнит тебя прекрасную.

Мария изумлена.

Ты его не боишься... Ты его совершенно не боишься… Возьми магнитофон. Включи музыку и ступай. С богом…

Мария. Ты надеешься, что он станет молить о пощаде? Встанет на колени? Передо мной?

Олев молчит.

Ты не понимаешь, что творишь… Кошмар… С тобой - кошмар…

Мария берет магнитофон.
Включает музыку.
Перекрестив Олева, направляется к аллее.
Олев смотрит ей вслед.
Вынимает пистолет, передергивает затвор.

Звучит концерт Бруха.
Музыка удаляется с каждой секундой...
Олев идет к кустам. Углубляется.
Издалека доносится музыка…

Треск, шум, кусты сотрясаются.
В кустах борьба. Молчаливая, ожесточенная борьба.
Крик Олева: «Не двигайся! Я сказал — не двигайся!!»
Выстрел.
Пауза.

Из кустов выходит Олев.
Одежда в беспорядке, он — в замешательстве.
Подходит к скамейке, садится.
Музыка быстро приближается.

Мария (выбегая на лужайку). Что такое? Что случилось? Это ты стрелял?

Олев (на магнитофон). Выключи.

Мария. Это ты стрелял?

Олев (кричит). Выключи магнитофон, я сказал!

Мария выключает.

(В сторону кустов). Он там.

Мария в недоумении. Нерешительно идет к кустам.
Углубляется.
Тут же выходит.
Пауза.

Он раскусил тебя с твоим телефоном.

Мария. У него в руке нож... Он не ранил тебя?

Олев. Ему понадобился мой пистолет… Он имел возможность уйти, но ему понадобился пистолет… Нож все испортил… Он выхватил нож…

Мария молчит.

Ты спуталась с крепкими парнями… Он был уверен, что я не выстрелю… Переоценил я себя... Переоценил… А все же черту я подвел… Начинается новая жизнь… Как ни крути - поступок… Не бред какой-нибудь - поступок… Накрапал бы очередную пьесу… Какой-нибудь режиссер принялся бы ее начинять своими комплексами… Все мы ходим под комплексами… От одного я избавился…

Мария. Ты обо мне не думаешь?

Олев. Буду тебе очень признателен, если явишься в суд… А теперь пора звонить в полицию...

Мария. Мы пойдем сейчас к тебе.

Олев. Пусть суд решает…

Мария. Мы пойдем сейчас к тебе!... Пойдем к тебе, и от тебя позвоним… Посмотри на меня… Ты видишь меня?… Ты меня видишь?.. Я скажу сейчас тебе самое главное… Папа слушал… себя…Мой папуля слушал только себя… Мама, та до сих пор слушает только себя… только себя… В суде тебя не поймут… И меня не поймут… Никто ничего не поймет… ни тебя, ни меня…Чудаков не терпят. Чудаков не любят. (Помолчав). Папа иногда предлагал маме стихи почитать. Ждал, что же она скажет? Взволнованно ждал. Отзыв был всегда корректный, академичный и никогда - с восторгом… Может быть, когда я была маленькая, тогда были восторги? Не знаю.

Олев. Дождемся полиции. Посмотрим, что, в конце концов, получится.

Мария. Мама все-таки не любила папу. Она для этого была слишком умна. Она была ужасно умной на своем коммунистическом Олимпе. Она могла папу доводить до бешенства… Чудаков не любят. Не терпят. (Помолчав). Никого я не боюсь так сильно, как саму себя… Олев, милый, еще не поздно… Еще совсем не поздно…Почему ты меня бросаешь?

Олев. Не правда.

Мария достает телефон.
Смотрит на Олева.
Олев кивает головой.
Мария набирает номер.

Полиция?.. В нашем парке труп… Да, там… Вы знаете то место?.. Хорошо. Мы ждем…

Помолчали.

Они будут судить тебя.

Мария садится Олеву на колени.

Олев. Мне с тобой очень хорошо, девочка.

Каркает ворона.
Издалека доносится полицейская сирена.

Ты меня поцелуешь, может быть?

Мария крепко приникает к неподвижному Олеву.

Мы еще сварим кашу… Как ты думаешь, милый, сварим?

Олев. Мне хорошо с тобой. Я давно не был таким счастливым.

Полицейская сирена совсем близко.

Мария. Встретить?

Олев кивает головой. Сам сидит на скамейке растрепанный, но вполне спокойный.
Мария уходит встречать полицию.
Олев задумчиво смотрит в зрительный зал.



Конец

Таллинн, 2002 г.